Письмо 26

Слава Богу! – Вот вы начали понимать, что нужен страх – верная ограда. Молитесь Господу и Пречистой Владычице, – чтобы он пришел и преисполнил сердце. В нем нет ничего болезненнаго, – а благоговейное, трезвенное и отрезвляющее и освежающее чувство – как утренний ветерок, – он не отнимает теплоты, а дает ей истинную температуру. Одна любовь мягчит и разблажает. Но есть блажная теплота – от инуды, – состояние похожее на состояние любви, где однако ж на деле нет сей последней, а только кажущийся призрак ея. Сия последняя вещь делает душу дерзкою хозяйкою, и тогда она дает себе вольности и льготы, как бы по какому-то праву, ни во что их считая, и не чая давать в них ответа. Хорошо, – если это сходит с рук, – и Ангел Хранитель как за руку держит, и все беды отводит, а то может кончиться тем, что послабление за послаблением и – прощай все.

Вот ради сей то беды – страх великий сопутствовал святым, до самого исхода и по исходе – до решения Божия. Он отревает всякую чуждую блажь, – и ставит душу в струнку. И надобно молиться! Страх Твой, Господи, всади в сердца нас поющих Тя.

Вот каков ваш пост был – в Вел. Пятницу! – Только напрасно вы нападаете на пост, – и так рассерчали на него, что уж никогда не будете так поститься. Как Бог даст. Может быть и неделю пропоститесь, и ничего такого не случится.

Это Господь хотел вам показать, – что вы такое одни – без осеняющей и покрывающей Его благодати. В это время Господь отступил немного от вас, – не бросил, а отступил: вы остались одни – с своими силами, и совсем тем, что есть в вас. Такой закон у премудрой благодати Божией. Сначала обливает душу всякими утешениями, и все легко; и как одеждою какою одеяно сердце теплотою, и ум светлостию созерцания. Но тут близко искусительное помышление: ну, слава Богу. . . теперь кажется уж мы установились (у вас есть в письме это выражение), – не то что прежде.

. . дело идет хорошо. . . сердце не худо, да и ум нешто. . .

Что прежде было хорошо, – это совсем не от ваших сил и трудов, а от Господа, по Его единой благости; – вы же верно помечтали, или понадеялись на себя или возчувствовали себя крепкими и безопасными. Господь снял с вас одежду благодати Своей, – вы остались одни. . . все стало сухо, жестко, и примрачно. . . т.

е. Господь дал ответ на ваше помышление: «на – посмотри, что твое сердце – и что твой ум!» сердце злится, и ум не знает о чем думает, – и воля потеряла всякое усердие. Так вот вам урок Божий. Заучите его – и иначе себя не знайте, как такою, каковы вы были в тот день. Если бываете лучше, все то воздавайте Господу, – и благодарите Его и со страхом вопийте: Господи, не отыми от меня покрова благодати Твоей; – а себя все зрите такою, какою были в тот день. Благодать носит душу, как мать дитя свое. Когда дитя зашалится, – и вместо матери начнет засматриваться на другия вещи; тогда мать оставляет дитя одно, – и скрывается.

Заметив себя одно, дитя начинает кричать и звать мать. . . Мать опять приходит, берет дитя. . . и дитя еще крепче прижимается к груди матерней. Так делает и благодать.

Когда душа зазнается и забудет думать, что носится и держится благодатию, благодать отступает. . . и оставляет душу одну. . . Зачем? – затем, чтобы образумилась душа, возчувствовала беду отступления благодати, и начала крепче льнуть к ней и искать ее.

– Такое отступление – есть действие не гнева, а любви Божией вразумляющей и называется отступлением поучительным. У Макария Великаго и у других есть много о сем. . . и у Диодоха, кажется, на конце.

Как хорошо, что это с вами было. Учитесь. А поста не чуждайтесь. Он вещь прелюбезная. Только по малу. . . Обычно так, чтоб после еды все в душе оставалось по прежнему, т.

е. и та же теплота сердца и та же светлость мысли. Это мерка. Это определит и количество. Особый пост принимать надо тогда, когда есть внутренняя потребность, – душа требует, – совесть обязует. . . тогда и сила большая будет, ибо тогда душа бывает сердита на свое тело и хочет его умучить.

«Я очень порассеялась. . . Да и то сказать, какое самовластие! ведь человек; – а тут отклонишься немного, и пойдет в душе суд. . . надоедает это – прежде было мирнее и веселее».

Какое страшное слово вырвалось у вас. Это тоже что: отойди, – путей Твоих ведать не хочу. Покайтесь и крепко поплачьте пред Господом, чтобы не разгневался за каприз и не сказал: когда не хочешь – убирайся. . . Есть внутренний, невидимый Божий суд и Божие отвержение. – Ах! избави нас Господи от него.

– Конечно, мы люди, как и все люди, и не можем от всего вдруг оторваться, но послабление сие давать себе надобно, вынужденно, с самоосуждением, – а не по праву. По праву мы грешники недостойные никакого утешения. . . Если Господь оставил еще на земле и внешния и внутренния утешения, то за тем только, чтобы мы не пали в отчаяние, т. е. чтоб показать нам, что Он готов нас миловать, а не потому, чтоб мы право имели на утешение. Темничному заключеннику дается льгота иногда – не по праву его, а по милости Царя, это мы.

Прежде было мирнее и веселее. Что прежде было, было не то, чему следует быть. То призраки мира и веселия, в самозабвении, как в опьянении. Если потрудитесь, то Господь подаст прочный и истинный мир. Но потрудиться надобно. – Отклонишься, – суд и тревога. Слава Богу, что есть суд и тревога, и беда, когда стихнет остепеняющий голос. Не ужели вам хочется пуститься вовся, без всякой задержки и обуздания?

. . Какое самовластие! Кому же это вы говорите? Ведь это Господь хочет властвовать над вами, или хочет, чтобы вы Ему воздавали Его право над вами. Да вы разве госпожа какая? Вы раба, купленная ценою крови, вопиющей паче крови Авелевой, – или в оправдание вам, если будете покорны Искупившему, или в осуждение, если будете бунтовать. Заучите это и слушайтесь того голоса, который говорит вам: это не хорошо, оставь; а это хорошо, делай (прочтите 6 гл.

Посл. к Римл.) . Господа ради со страхом спасение свое содевайте. Не позволяйте себе легкомысленно давать волю своей душе. Ее всегда надобно держать на привязи и в мыслях и в чувствах и в хотениях, потому именно, что они не хороши, не доброжелательны нам, они в заговоре с князем века, против Господа за нас распеншагося. Я прежде вас просил и теперь умоляю, слушайтесь того, что говорит вам внутренний голос, и сейчас удовлетворяйте его требованиям. Не давайте свободы душе.

О чем же у нас теперь и толк? И что будет проку, когда одною рукою созидаем и другою разоряем? Вы позволяете свободу мыслям, речам, делам, в той мысли, что вынуждают другие. О чем теперь мы и хлопочем, как не о том, чтоб сохранить трезвенным ум, не смотря на все внешния развлечения? Если вы остаетесь собранными, когда одни сидите, когда читаете, рассуждаете, молитесь, то в этом нет никакого подвига. Это само собою. Уж ни на что бы не было похоже, если б ум и при этом бродил. Но то подвиг истинный – стоять умом пред Господом, не смотря на то, что его все тянет от Него.

Вникните в сие дело, и сего ищите. Как? Когда начнете, увидите как. Празднословия, шуток, смехов не позволяйте. Надо связать язык. Ибо это колесо, которое большею частию вращается адскими парами (Иак. гл. 3, 6).

Говорите, когда вынуждены. У вас одна должна быть речь: Господи помилуй мя, – молитва, сладчайшим именем Господа освященная. Это закон неотложный, а не такое дело, которое можно делать и не делать. Не сердитесь, что написал грубо, но так есть, иначе нельзя. Господь да умудрит вас.

Слово: не мерять себя, вам понравилось. Хорошо ли вы поняли, что это значит? Не мерять себя значит не думать, что вот уже с аршин выросла, десять сажень, а вот тот – всего на пол-аршина, а у этаго, и четверти нет, и подобное; а думать, что мы ничто, не останавливаясь однако же, а паче и паче ревнуя преуспевать, по Апостолу, «задняя забывая, в предняя простираясь, Дóндеже достигнем в меру возраста исполнения Христова» (Флп. 3:13; Еф. 4:13). Господа ради, не поймите сих слов так: довольно и того, что есть, – что себя нудить? Нет. «Подобни мне бывайте», говорит Апостол, «яко же аз Христу» (1Кор.

4:16). Эти образцы преднапишите в мысли и ревнуйте отобразить их в себе; а то кажется вы подумали, что вам подушечка подложена мягкая, чтоб спокойнее спать. Боже сохрани! Ретивость да имеете.

Не диво ли, скажите? Что всего известнее нам, кажется, сердца, а вот незнаем где оно и не умеем обрести места его. А надобно. Благослови вас Господи! Трудитесь, но без особенных напряжений и усилий. Молитесь, чтоб Господь помог и Матерь Божия Пречистая. Помнится мне, что вы писали, что от внимания голова даже болит. Да, если головою только работать, а когда сойдете в сердце, никакого труда не будет, голова опустеет и помыслам конец.

Они все в голове, и один за другим гонятся, и управиться с ними нет возможности. Если же найдете сердце, и сумеете стоять в нем, то всякий раз, как начнут смущать помыслы, стоит только низойти в сердце – и помыслы разбегутся. Это будет уютный уголок, безопасное пристанище. Не поленитесь низойти. . . В сердце жизнь, там и жить надобно. Не думайте, что это дело совершенных.

Нет. Это дело всех, начинающих искать Господа. Тогда только и начало жизни, когда в сердце покажется сосредоточенная неугасаемая теплота; а теплота легонькая, весьма непрочна. Сначала Бог сотворил свет разлитый; а в четвертый день сосредоточил его около солнца. Так и в духовной жизни – и при чтении, и при Богомыслии, и при молитве, и в церкви, и при беседе бывает в сердце теплота; но какая-то легкая, навеянная, а не привитая. Надобно, чтоб она сосредоточилась в сердце, привилась к нему, затлела, и горела. Тогда любо. Се есть огонь, который Господь пришел воврещи на землю.

Благослови вас Господи. Трудитесь; но не думайте, что сами что можете, а с сокрушением взывайте: Господи, помоги, Господи, зажги! – Один старец, – два года умолял Пречистую Богородицу; и дала ему огонь, и стало, говорит, хорошо. – И вы молитесь и трудитесь, т. е. ищите, как установиться в сердце. И Господь видя труд ваш и то что вы искренно желаете сего блага, подаст вам благодать горения сердечнаго. Это ведь значит – в сердце-то стоять.

Тогда только и можно стоять, когда оно загорится, а дотоле труд. Не робейте. Воображений разных бегайте. Ничего во всем этом нет особеннаго. Это общий путь. Крепитесь. Матерь Божия вам помощница. .

. Батюшка О. Серафим научит. Помните, как он однажды во время обедни обнят был огнем сердечным. Вот блаженное состояние! – Оно возможно и в нас. – И не большаго труда требует, – только постояннаго. Вот и рай!

– Ищите и обрящете. Толцыте и отверзется вам.

Господа ради внимайте сердцу своему в отношении к делам других. У вас достанет соображения, как извинить их. В сердце у вас бывает сильная тревога. Оставляя в стороне – право или неправо, обращаюсь к одному сердцу, – и вижу там пожар, язву, боль. Обратитесь и вы туда, – и пожалейте себя. Что нам за нужда до других, когда дома пожар? . .

Поспешим в свой дом и начнем тушить. Вперед приготовляйтесь к брани, именно сообразите всевозможные случаи, обсудите их, и положите себе, какими мыслями отражать худое в том и другом случае. Такой прием много помогает; ибо не будете застигнуты в расплох. А другое дело время и опыт научат. Только благаго намерения очищать себя и поправлять никогда не оставляйте. В решительном намерении – работать Господу до положения живота, – корень жизни. Когда это есть – значит есть жизнь; а когда нет, жизни нет. При нем могут быть ошибки, уклонения, даже падения крепкия; но когда оно цело, – все не беда еще.

Упал кто – поднимется; зашибся – вылечится. Оно нить, на которую нанизываются все доброты; но оно же и нож, которым отрезывается все недоброе. Храните сию сердечную ревность, посвящая себя Господу поминутно. А то, что по обстоятельствам иногда невольно бывают опущения, отступления, даже кривые шаги. . . что делать? – Только не оправдывайте себя в них.

Осудите себя перед Господом, сокрушитесь и исповедайтесь Ему. И еще – никогда не допускайте себя до чего-либо произвольно, сознательно. Терпите Господа при всех разволоках, при всех помехах и не удобствах. Он видит все, и правою мерою смерит – что вы? А нам грешным где догадаться – что мы? Земля и пепел. В молитве укрепляйтесь мало по малу. Царствие Божие не приходит с усмотрением.

– Как дождь на руно сойдет оно в час ночи неподмечаемый. И не вдруг, а надобно трудиться. По труде и покой, мир Божий, превосходящий всякий ум. У Батюшки О. Серафима это названо – мирным устроением сердца. Да сохранит вас Господь! Благодать вам и мир от Господа. Молите Бога о мне.